Воспоминания Геннадия Чарушева

Я прожил все 900 дней блокады Лениграда в городе безвыездно. Память сохранила отдельные эпизоды, начиная с военного времени, когда мне уже было 4,5 года. Во время блокады Ленинграда, я находился в городе с мамой, которая после безуспешной попытки эвакуироваться (просидели 3 дня на вокзале, дожидаясь нашего эшелона) и последующего отказа от эвакуации, пока не сомкнулось кольцо блокады. Жили мы на Невском пр., 128 (угол Невского пр. и Суворовского пр.) в маленькой 9-ти метровой комнате на втором этаже. Под нами, на первом этаже, жила моя бабушка, ее дочь и младший сын. Я посещал детский сад (мама работала) на 1-й Советской ул., а затем на Невском пр., 130, т.е. в соседнем доме. ... Во время бомбежек, завывала сирена, и мать хватала меня на руки и бежала в бомбоубежище (в этом же доме). Потом, наслушавшись как погибают люди в бомбоубежищах под обломками разрушенного здания, перестала бояться, и мы сидели дома, надеясь на Бога и волю случая. К слову сказать, от бомбежек в Смольнинском районе было разрушено очень много домов, в том числе и соседний дом по 2-й Советской ул. ... Помню рассказы взрослых о том, как сгорели в самом начале войны Бодаевские продовольственные склады (диверсия?) и люди еще долгое время соскребали остатки расплавленного сахара. Из-за этого, накануне блокады, город остался почти без продовольствия. Как, во время блокады, горел госпиталь на Суворовском пр. госпиталь. Госпиталь загорелся от зажигательных бомб, но почти все двери оказались запертыми (диверсия?) и раненые выбрасывались из окон. Все это потом было описано в книгах о блокадном Ленинграде. ... Зима 1942 года, Варка «Супа» из кусочков хлеба в тазике со снегом. ... Однажды под Новый год (1942 ?) вместе с группой детсада был в госпитале (на ул. Восстания, в здании школы), где мы выступили с концертом перед ранеными бойцами. Концерт транслировался по Ленинградскому радио. После концерта нас разобрали по палатам, где раненые кормили нас конфетами («крокет» - соевые конфетки в виде шариков) и мандаринами, которые мы распихивали по карманам. За участие в концерте на Новый Год нас наградили коробочкой (из-под папирос) с клюквой. ... Ходил, укутанный с головы до ног женским платком, по двору с лопаткой и ничего не делал - не было сил. ... Днем, сидя у окна на подоконнике, видел воздушный бой: летающие самолетики и облачка разрывов от снарядов около них. ... Окна, заклеенные крест на крест бумажными полосками, чтобы от воздушной волны при взрывах бомб или снарядов не бились (лопались) стекла. Хотя, это вроде было запрещено, так это демаскировало днем?! ... Вечерние и ночные свистки, окрики дежурных, дворников и милиционеров, когда кто-нибудь из жильцов плохо зашторивал темными занавесками (черной плотной бумагой) окна. ... Аэростаты, которые водили по Невскому пр. или они висели в воздухе на тросах. Они применялись для защиты от пикирующих самолетов. Врезавшись или зацепившись за сетку между ними, они загорались вместе аэростатами. ... Бомбежку кинотеатра «Арс» на площади Л.Толстого, во время которой была ранена моя мама. К счастью ранение оказалось легким, осколок впился в верхнюю мягкую часть, не задев кости. После перевязки мама отказалась от госпитализации и вернулась с палкой к подруге, где мы были в гостях. Я во время внезапной бомбежки сидел и грелся на кухонной плите, а мамина подруга, тетя Аня, мыла полы. Воздушной волной от взрыва бомбы в кинотеатре «Арс», который находился напротив, через улицу, меня снесло с плиты, а тетя Аня ударилась головой об стену, но все обошлось благополучно. В 07 декабря 1942 г. был помещен в больницу им. Боткина, где пробыл до 04 февраля 1943 г. (из сохранившейся справки). Здесь сохранилось такое воспоминание: в громадной палате лежало много мальчиков и девочек вместе. Утром обычно приходила нянечка с ночным горшком и обходила ребят. Мальчишки стоя писали в него, девочки присев. Нянечка сначала подошла ко мне, а затем к девочке, она встала перед протянутым горшком и начала писать как я. Результат был плачевный, а нянечка, сквозь смех, ругалась на нее. В январе 1943 года была прорвана блокада Ленинграда и по городу ходили несколько дней партизаны, обвешанные оружием и с красными ленточками на самых различных головных шапках. Некоторые из них были пьяные. Если вначале жители встретили с восторгом, то потом стали опасаться их агрессивности. Пропали они в одночасье, видимо отправили на фронт. Летом 1943 года меня отправили на поправку здоровья, на дачу во Всеволожское, под Ленинградом. На сохранившейся фотографии, наша группа сидит на большом крыльце деревянного дома. Судя по лицам, уже не скажешь, что это бывшие «дистрофики». ...Весну 1944 г., игру детсадовской группы в Овсянниковом (ныне им. Чернышевского) саду. Заигравшись, я потерял ключ от квартиры, который на веревочке, всегда висел на шее. Очень боялся, что мне попадет от мамы и долго его искал, но безуспешно. В то время я уже самостоятельно ходил домой из садика (в соседнем доме) и открывал квартиру, если дома не было соседки. Мама приходила с работы позже. ... Соседку, ругавшую меня за не вытертые ноги и чистые, вымытые только что, полы на кухне и в коридоре, но всегда подогревавшую мне обед, до прихода матери с работы. ... Лето 1944 г. и первое в жизни ( и первое в Ленинграде, во время войны) мороженое, простое, молочное, без шоколада, которым меня угостили. Тогда эскимо стоило - 15 руб., а брикет - 30. Все мои воспоминания о войне - весьма смутные и отрывочные сохранившиеся в моей памяти, а не из позже прочтенных многочисленных книг о войне и блокадном Ленинграде. Хотя читать их было всегда интересно, т.к. чувствовал себя участником этих событий. Уже хорошо помню день победы над Германией. ... Утром раздались радостные крики (даже выстрелы), а днем, по Невскому проспекту шли войска Ленинградского фронта (в полевой форме) на парад, на Дворцовую площадь. Было очень жарко. Солдаты шли усталые, но радостные. Шли сквозь строй Ленинградцев (вернее Ленинградок и детей). У меня на глазах, одна из женщин купила лоток мороженного и раздавала его проходившим мимо солдатам. Некоторые «пацаны» и девчонки, как и я и постарше, сидели на руках солдат и «висели» на пушках и автомашинах. Иногда раздавался крик, и какая-либо женщина бросалась к солдату, узнав в нем мужа, брата, отца. А я стоял, смотрел и надеялся на чудо, а вдруг ко мне признается какой-нибудь солдат - мой отец!!! Мой отец ушел на фронт добровольцем в июле , а в ноябре 1941 года погиб, точнее пропал без вести.